Как самый богатый врач в мире хочет победить COVID-19, используя свои методы лечения рака

Как самый богатый врач в мире хочет победить COVID-19, используя свои методы лечения рака

Патрик Синьсян отчетливо помнит момент, когда он осознал, что пандемия COVID-19 станет серьезной угрозой. Это случилось 24 февраля, когда миноритарный владелец клуба «Лос-Анджелес Лейкерс» присутствовал на прощании с погибшим в авиакатастрофе баскетболистом Коби Брайантом. Размышляя о внезапной и безвременной кончине легенды баскетбола, Синьсян вдруг понял, что обеспокоен из-за новой пандемии. Несмотря на то, что в США еще не было зарегистрировано ни одной смерти от коронавируса, он почувствовал волнение. Миллиардер вспоминает, как повернулся и сказал сидевшему рядом губернатору Калифорнии Гэвину Ньюсому: «У нас проблемы».
Это волнение сохраняется у Синьсяня до сих пор. «24 февраля я лишь думал, что мне страшно. Но сейчас мне страшно на самом деле», — говорит врач. По его словам, страх вызван в первую очередь осознанием того, что этот вирус «поражает организм так же, как рак». Синьсян утверждает, что со дня прощания с Брайантом покидал свой дом лишь однажды — только для того, чтобы снять видеоролик о пандемии для принадлежащей ему газеты The Los Angeles Times. «Я полностью изолировался от внешнего мира», — подчеркивает миллиардер.
Потому один из самых богатых врачей мира, который заработал состояние в $6,7 млрд на создании экспериментальных методов лечения рака и диабета, решил начать бороться с распространением коронавируса. В его арсенале — различные методы лечения онкологических заболеваний, разработкой которых он занимался 15 лет. Синьсян считает, что на их базе можно создать не только вакцину, но и препараты как для лечения пациентов с легкой формой коронавируса, так и для тех, кто не может дышать без аппарата искусственной вентиляции легких.
Рецепт миллиардера: как самый богатый доктор в мире спасает человечество
Это очень амбициозный план для врача, которого неоднократно обвиняли в том, что он создает неуместный ажиотаж вокруг своих экспериментальных методов лечения. Некогда Синьсян был уважаемым хирургом и профессором медицинской школы Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Но когда он ушел в бизнес и построил успешную карьеру как предприниматель, в медицинских кругах его начали воспринимать скорее как шоумена, чем ученого. Его обвиняют в завышении результатов исследований и присвоении чужих заслуг. Несколько лет назад, к примеру, миллиардер хвастался тем, что успешно применил препарат, который обычно назначают больным раком груди, для лечения пациентки с раком шейки матки. Вскоре выяснилось, что другие ученые уже давно опробовали этот метод и добились определенных успехов. Еще в 2014 году Forbes писал о нем: «Хотя Синьсян, несомненно, талантлив, он в равной степени склонен к хвастовству».
Однако у миллиардера есть и убежденные сторонники, которые верят в правильность его подхода как к онкологическим заболеваниям, так и к лечению коронавируса. В их числе — бывший лидер демократического большинства в сенате США Гарри Рид, который утверждает, что 68-летний врач из ЮАР спас его жизнь в 2019 году, назначив ему экспериментальное лечение от рака поджелудочной железы четвертой стадии.
«Хотя Синьсян, несомненно, талантлив, он в равной степени склонен к хвастовству»
Ученые отмечают, что в основе методов лечения, разработанных Синьсяном, лежат принципы науки. Тем не менее, об итогах его работы в конечном счете можно будет судить лишь по окончательным результатам. «Мы наблюдаем за тем, как все больше ученых пытаются выяснить, эффективна ли клеточная терапия при COVID-19. Они задействуют методы, которые обычно используются при лечении рака и других заболеваний», — рассказывает старший аналитик Института Милкена Эстер Крофа, которая внимательно следит за разработкой вакцин и препаратов для лечения коронавирусной инфекции. Некоторые ученые, работающие как на крупные фармацевтические компании, так и на биотехнологические стартапы, уже начали клинические исследования с участием людей.
«Стив Джобс пришел слишком поздно»: онколог Дэвид Агус о том, почему не смог вылечить основателя Apple от рака
Для множества небольших биотех-компаний пандемия COVID-19 стала шансом зарекомендовать себя и свои методы лечения. Сейчас это можно сделать в более сжатые сроки, ведь на проведение полноценных клинических исследований новых методов лечения рака обычно уходит гораздо больше времени. «Небольшим компаниям целесообразно уже сейчас проверить, эффективны ли их методы лечения», — отмечает Крофа.
Парадоксально, но факт: результатам передовых исследований иммунной системы человека и того, как она может помочь в борьбе с раком, можно найти практическое применение в рамках борьбы с инфекционными заболеваниями. «Раковая клетка и инфицированная вирусом клетка — это абсолютно одно и то же для меня», — отмечает иммунолог Уэйн Мараско из Гарвардской медицинской школы, который сейчас разрабатывает лекарства от коронавируса. Он добавляет, что для иммунной системы человека, очевидно, различия между этими клетками тоже не очень существенны. Это довольно веское основание для более серьезного отношения к работе Патрика Синьсяна.
Как заработать состояние на борьбе с раком
Патрик Синьсян родился в городе Порт-Элизабет в ЮАР в 1952 году. Он не понаслышке знает, как тесно связаны иммунная система человека, рак и инфекционные заболевания. Закончив медицинский факультет в 22 года, Синьсян в начале своей карьеры хирурга в основном занимался трансплантацией клеток и тканей, а также лечением онкологических заболеваний. Все аспекты этой работы тесно связаны с иммунной системой человека. По словам миллиардера, изучение разных медицинских дисциплин позволило ему взглянуть на «тело человека как на систему, а не на множество отдельно взятых клеток». «Мы — биологическая система», — добавляет Синьсян.
Вполне возможно, что именно благодаря подобному мышлению Синьсян смог изобрести лекарственный препарат «Абраксан», которому он обязан всем своим состоянием. В основе «Абраксана» лежит популярный химиотерапевтический препарат «Таксол», но Синьсян упаковал его в оболочку из белка, благодаря которой препарат гораздо быстрее достигает раковой клетки. Сейчас «Абраксан» используют для лечения рака легких, груди и поджелудочной железы на поздних стадиях.
Обмануть смерть: какое лечение позволило максимально продлить жизнь Стива Джобса
В 1998 году Синьсян приобрел небольшую публичную компанию Fujisawa, которая занималась производством инъекционных дженериков, то есть бюджетных аналогов лекарств. Доходы компании он направил на ускорение процесса одобрения «Абраксана» Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA).
«Абраксан» был одобрен в 2005 году. Спустя два года Синьсян разделил свой фармацевтический бизнес на две части, создав новую компанию Abraxis, которая сосредоточилась только на производстве противоракового препарата. В 2008 году он продал подразделение по производству дженериков немецкой компании Fresenius за $4,6 млрд. В 2010 году компания Celgene, специализирующаяся на производстве противораковых препаратов, приобрела Abraxis за $4,5 млрд. По данным Celgene, которая сама в ноябре 2019 года была поглощена крупной фармацевтической компанией Bristol Myers Squibb, продажи «Абраксана» превышают $1 млрд в год.
Из-за сложных бизнес-сделок, связанных с разработкой и производством «Абраксана», Синьсян заработал «репутацию дилера, а не ученого». В то время он еще был зарегистрирован в Twitter под вычурным псевдонимом @solvehealthcare, но сегодня миллиардер просто использует свое имя. Сейчас он отнюдь не напоминает шоумена. Во время интервью Forbes через Zoom становится заметно, что он сильно утомлен.
Синьсян оживляется, лишь когда начинает говорить о замысловатых научных деталях. «Я столкнулся с небольшим эмоциональным выгоранием», — откровенно признается бизнесмен, добавляя, что с февраля спит не больше шести часов в сутки. По его словам, все это время его компании продолжали разрабатывать препараты для лечения рака, а также изучали возможность их применения для лечения COVID-19. Бывший врач слово в слово цитирует свои заявления о подходе его компании как к лечению онкологических заболеваний, так и к лечению коронавирусной инфекции. Он вносит небольшие уточнения, кратко рассказывая о результатах проводимых исследований, при этом стараясь не давать несбыточных обещаний.
«Я столкнулся с небольшим эмоциональным выгоранием»
Синьсян смог построить бизнес-империю из взаимосвязанных компаний, сложная организационная структура которых могла бы поставить в тупик даже истинных любителей головоломок. Однако в борьбе с распространением COVID-19 участвуют только две его компании, которые занимаются иммунотерапией раковых заболеваний. Это публичная компания из Сан-Диего под названием NantKwest и частная компания ImmunityBio.
Правила ведения боя. 10 историй борьбы с раком, которые помогают победить страх
В основе иммунотерапии рака заложено представление о том, что иммунную систему человека можно простимулировать так, чтобы она помогла избавиться от болезни. Эта идея восходит еще к девятнадцатому веку, когда ученые впервые заметили, что опухоли могут уменьшиться, если пациент заразится бактериальной кожной инфекцией. Но в ходе первых экспериментов по стимулированию иммунной системы пациентов добиться большого прогресса не удалось, и благодаря достижениям в области химиотерапии и лучевой терапии иммунотерапия рака постепенно отошла на второй план.
Интерес к ней вновь вспыхнул лишь в 1959 году после публикации исследования, в рамках которого было доказано, что с помощью прививки от туберкулеза можно замедлить рост злокачественных опухолей у лабораторных мышей. Вскоре начались масштабные исследования в этой области, которые продлились несколько десятилетий. Первая иммунотерапия рака была одобрена регулятором лишь в 1986 году.
Затем были созданы и другие виды иммунотерапии рака. В число последних достижений в этой области, к примеру, входит клеточная терапия CAR-T, которая впервые получила одобрение американского регулятора в 2017 году. Теперь благодаря генной инженерии можно перепрограммировать клетки иммунной системы пациентов так, чтобы они начали распознавать и атаковать конкретные мишени, содержащиеся в опухолевых клетках.
Основанная в 2002 году компания NantKwest занимается разработкой так называемых «естественных киллеров» (с англ. — natural killer) или же NK-клеток, которые иммунная система человека использует для уничтожения инфицированных вирусом клеток и опухолей на ранней стадии. Ученые из NantKwest разработали линейку NK-клеток под названием NK-92. Их можно использовать для лечения некоторых видов рака, а также некоторых вирусных инфекций.
NantKwest пока что не вышла в прибыль — с 2015 года, когда компания провела IPO, ее убытки составили почти $400 млн. Акции компании, которые были размещены на бирже по цене $25 за штуку, в 2019 году падали до примерно $1. После достижения дна бумаги отскочили — недавно они стоили около $10. По мнению аналитика Jefferies Group Бирена Амина, рост был вызван новостями о том, что NantKwest присоединилась к борьбе с COVID-19 и что бывший сенатор Гарри Рид успешно прошел курс лечения от рака, в ходе которого использовались продукты компании.
Как основатель Groupon хочет победить рак с помощью больших данных
Излечение сенатора
Гарри Рид, представлявший штат Невада в сенате с 1987 по 2017 год, узнал о том, что у него рак поджелудочной железы, в 2018 году. В июле 2018 года он начал курс химиотерапии, но вскоре столкнулся с серьезными побочными эффектами. «Мне было настолько плохо, что врачи решили прервать курс», — вспоминает Рид. Химиотерапия была остановлена в октябре 2018 года, а в июле следующего года врачи обнаружили, что рак распространился на другие органы Рида. Это требовало возобновить химиотерапию.
Примерно в то же время основатель и гендиректор биотех-компании Masimo Джо Киани встретился с Синьсяном, чтобы обсудить покупку активов NantHealth на сумму в $50 млн. Во время встречи они начали обсуждать другие проекты Синьсяна, что натолкнуло Киани на мысль позвонить бывшему сенатору. Предприниматель из калифорнийского города Ирвайн вспоминает, что во время разговора он сказал Риду: «Я только что встречался с человеком, который мог бы помочь тебе с лечением рака. Не знаю, окажется ли это лечение эффективным. Но что ты теряешь? Свяжись с ним. Посмотрим, что получится».
Две недели спустя Синьсян и врач из NantKwest по имени Леонард Сендер начали работать с Ридом. В рамках курса лечения применялись как продукты NantKwest, так и лекарства, произведенные еще одной компанией Синьсяна под названием ImmunityBio. Этот метод лечения до сих пор не был официально одобрен регулятором, но он пошел навстречу в порядке исключения и позволил применить необходимые препараты. Бывшего сенатора лечили с помощью комбинации «Абраксана», NK-клеток от NantKwest и лекарственного препарата от ImmunityBio под названием N-803, который стимулирует иммунную систему человека и заставляет ее производить свои собственные NK-клетки.
Синьсян сравнивает этот метод лечения со схемой «нападения треугольником», которую часто используют баскетболисты «Лос-Анджелес Лейкерс». В ноябре 2019 года Рид заявил о том, что он полностью излечился. «Я восхищаюсь доктором Синьсяном как за то, что он сделал лично для меня, так и за то, что он сделал для системы здравоохранения США в целом», — говорит бывший сенатор в интервью Forbes.
«Ощущение, что медицинская система создана, чтобы угробить человека». Онколог из рейтинга Forbes об оттоке мозгов, выгорании и идеальных врачах
История Гарри Рида — это удивительный пример. Дело в том, что рак поджелудочной железы остается одним из самых смертельных видов этой болезни. За пять лет с момента постановки диагноза он уносит жизни 90% пациентов. Это 7% смертей от рака во всем мире. Помимо Рида, успешный курс лечения прошли ведущий телеигры Jeopardy! Алекс Требек и еще два других пациента. Тем не менее, Леонард Сендер из NantKwest предупреждает, что пока что нельзя с уверенностью говорить об открытии нового эффективного лекарства от рака поджелудочной железы.
«Пока что слишком рано что-то утверждать это, поскольку речь идет об одном из самых коварных видов рака», — поясняет врач. По его словам, именно поэтому ученые из NantKwest работают над подготовкой рандомизированного клинического исследования, в котором должны принять участие около 300 пациентов с раком поджелудочной железы на поздней стадии. Добровольцы, которые согласятся принять участие в эксперименте, пройдут курс лечения, подобный тому, что прошел Гарри Рид.

Гарри Рид ( Bill Clark/CQ Roll Call )
Разрабатывая метод лечения рака, Синьсян последние пять лет сотрудничал с учеными из Национального института онкологии США, заключившим соглашение с компаниями миллиардера. Прежде всего ведется работа над изучением линейки NK-клеток под названием NK-92, лекарственного препарата N-803 и нескольких вакцин от двух видов опухолей. Глава лаборатории иммунологии и биологии опухолей при Национальном онкологическом институте США Джеффри Шлом отмечает, что с самого начала был на одной волне с миллиардером. «На нашей первой официальной встрече мы представили наш подход. Затем он встал и представил свой подход. Оказалось, что они практически идентичны», — вспоминает Шлом.
С тех пор группа ученых под его руководством опубликовала в престижных научных журналах 15 статей о методах лечения Синьсяна, описывая как клинические, так и доклинические исследования.
Борьба с COVID-19
С февраля ученые из NantKwest и ImmunityBio работают над созданием вакцины и лекарств от COVID-19. В их общем арсенале есть несколько интересных разработок. Во-первых, речь идет о вакцине, созданной на базе системы, которую ученые из компаний Синьсяна разработали для лечения рака. Вакцина от COVID-19 уже показала положительные результаты в ходе испытаний на мышах. В рамках программы администрации США Operation Warp Speed вакцину также тестируют на обезьянах. Синьсян отмечает, что давно готов начать проводить клинические исследования с участием людей. «Сроки проведения клинических исследований теперь зависят только от того, когда регулятор выдаст соответствующее разрешение. Меня можно сравнить с наездником на скачках, который ждет, пока зазвонит колокол и откроются ворота, в то время как у его лошади идет пена изо рта», — рассказывает миллиардер.
Фонды с участием Репика и «Росатома» инвестировали в искусственный интеллект для диагностики рака
В основе новой вакцины от NantKwest и ImmunityBio лежит аденовирус, вызывающий обычную простуду. Его геном изменили так, чтобы он не мог навредить человеку или заставить его иммунную систему атаковать его. В конечном итоге он содержит две части ДНК коронавируса SARS-CoV-2: шиповидный белок, то есть основной поверхностный белок вируса, который вызывает ответную реакцию антител, а также нуклеокапсидный белок, находящийся в центре вируса. Большая часть из больше чем 100 вакцин от COVID-19, которые разрабатываются в настоящее время, воздействуют именно на шиповидный белок. Однако Синьсян считает, что этого недостаточно. Поэтому он делает ставку еще и на нуклеокапсидный белок. «Я боюсь, что может произойти мутация шиповидного белка. Подобное случалось с некоторыми штаммами даже в ходе пандемии», — подчеркивает бывший хирург.
Это главный кризис нашего времени. Его даже можно назвать экзистенциальным
Но главная проблема заключается не в возможных мутациях. Судя по имеющимся данным, антитела к COVID-19 недолговечны. Иммунолог Уэйн Мараско из Гарвардской медицинской школы, который не сотрудничает с Синьсяном и не принимает участие в исследованиях, проводимых его компаниями, отмечает, что «спустя несколько месяцев» уровень антител к COVID- 19 в крови «значительно снижается». «Мы пока что не знаем, как долго продлится иммунитет после успешной вакцинации», —добавляет врач. По его словам, использование нуклеокапсидного белка «не будет лишним». Иммунолог добавляет, что с его помощью можно будет вызвать не только антитела, но и важные в борьбе с вирусом Т-клетки.
Во-вторых, ученые планируют использовать для лечения COVID-19 линейки NK-клеток под названием NK-92 от NantKwest и лекарственный препарат N-803 от ImmunityBio. NK-клетки адаптируют так, чтобы они напрямую атаковали инфицированные вирусом клетки. Лекарственный препарат N-803, в свою очередь, стимулирует иммунную систему пациента так, чтобы она начала производить свои собственные NK-клетки. Синьсян отмечает, что эти методы лечения можно использовать как вместе, так и отдельно друг от друга в зависимости от того, в каком состоянии находится конкретный пациент. Он добавляет, что клинические исследования с участием людей уже начались. «Удивительно, что они используют подобные методы для лечения инфекционного заболевания. Сама по себе идея прекрасна, однако нам нужно проконтролировать данные», — отмечает иммунолог из центра медицинских исследований Джона Хопкинса Джиджи Гронвалл, которая не принимает участие в работе Синьсяна.
Иммунитет наносит ответный удар: ученым удалось вылечить рак на четвертой стадии
В-третьих, ученые из NantKwest и ImmunityBio исследуют возможность использования мезенхимальных стволовых клеток, основным источником которых считается костный мозг, для лечения COVID-19. В течение последних десяти лет ученые со всего мира исследовали этот вид стволовых клеток, чтобы найти способ справиться с заболеваниями вроде коронавирусной инфекции, которые могут вызвать потенциально летальную реакцию иммунной системы. Этот метод лечения будет направлен на пациентов, столкнувшихся с серьезными осложнениями COVID-19, такими как «цитокиновый шторм». В ходе некоторых исследований было установлено, что этот метод лечения может оказаться эффективным. Несколько компаний, в число которых входит Mesoblast из австралийского Мельбурна, уже проводят заключительные этапы клинических исследований с участием пациентов с тяжелой формой COVID-19. Компании Синьсяна сотрудничают с больницами, чтобы большее количество пациентов смогло принять участие в клинических исследованиях. Даже если клинические исследования окажутся успешными, то следующий шаг, скорее всего, станет наиболее трудным для Синьсяна и его компаний.
Как же нуждающиеся пациенты смогут получить доступ к их новейшим разработкам? В связи с тем, что на данный момент ни NantKwest, ни ImmunityBio не располагают ресурсами для расширения производства, этот вопрос в первую очередь касается вакцины от COVID-19. «Сейчас я нахожусь в крайне затруднительном положении, поскольку мы не сможем произвести 100 млн доз вакцины, если только кто-то не станет нашим спонсором. Возможно, нам удастся произвести лишь 1 млн доз или же 2 млн доз», — признает Синьсян. Он выражает некое недовольство правительством США. «Компании, доходы которых исчисляются в миллиардах, получают от государства миллиарды долларов на производство вакцины», — отмечает бизнесмен. Синьсян не ошибается: в июле, например, фармацевтический гигант Pfizer, доходы которого за прошлый год составили $51,8 млрд, получил крупный контракт, по которому он получит от государства $2 млрд на производство вакцины от COVID-19.
Олег Тиньков решился на пересадку костного мозга. Что это за операция?
В случае NK-92 и N-803 дела обстоят гораздо лучше, поскольку у NantKwest есть возможность запустить масштабное производство. Тем не менее, NK-92 и N-803 столкнутся с высокой конкуренцией, потому что сразу несколько фармацевтических компаний занимаются разработкой подобных методов лечения. «Я считаю, что на рынке есть множество альтернатив, которые гораздо более практичны при лечении острого инфекционного заболевания, чем клеточная терапия», — отмечает Уэйн Мараско из Гарвардской медицинской школы. Однако иммунолог все же признает, что планы компании использовать стволовые клетки для лечения пациентов с тяжелой формой COVID-19 звучат весьма многообещающе.
Несмотря на свое недовольство правительством США, Синьсян, очевидно, решительно настроен на то, чтобы внести свой вклад в борьбу системы здравоохранения с COVID-19. «Это главный кризис нашего времени. Его даже можно назвать экзистенциальным. В конечном итоге в США, возможно, будет зафиксировано от 20 до 30 млн случаев заболевания и даже 1 млн смертей. Это не шутка», — добавляет миллиардер.

Дополнительные материалы
Перевод Полины Шеноевой


Source link